На "Опушку"



За грибами

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ЕЛЕНА НОВИКОВА
СТИХИ ИЗ ПРОШЛОГО ВЕКА


* * *

Первая память снега, горит след.
Кто заяц в этом лесу? Чей гон?
Смотрят деревья, зачем я сюда - столб? ствол?
Верить словам? Вырубить лес? Убежать?
Губы - их нет. Немота узнавания - мой
След в первой памяти смерти. Мой гон.
Рано ли реквием? В горле замерзли мои соловьи.
Поздно ли петь на земле?


ДВЕ ПТИЦЫ

1.
Две птицы летели
Две птицы по небу

Одна - жар-перо
Глаза - изумруды
Летела летела
Перо уронила в ледник
И растаял ледник

Другая - бела как буран
Глаза - янтари
Летела летела
Перо уронила в вулкан
Захлебнулся вулкан

Широкие крылья и небо огромно
Кому и летать как не птицам бездомным
Вселенную меря от края до края
Без ада, без рая

Два дома стояло у гор
В долине уюта
И речка журчала
Среди виноградников спелых
Задумались птицы, одна из которых
Летела справа
В то время, когда другая
Спешила слева.

Спустилась одна и влетела в дом
В три минуты
Был дом спален, а в речке
Вода вскипела
И плавала кверху брюхом форель
И пожух виноградник

Другая спустилась, и стекла заледенели
У виноградников почернели листья
И как бы упорно форель о лед не билась
Не разбивался лед

2.
Две птицы у сердца и обе
От неба
Курятников ваших и проса
Не ведали птицы
Ни рук человеческих ласки
Ни свернутой шеи
Пред тем как украсить пиры
Экзотическим блюдом

Летели звенели
Махали крылами
И знали, что солнце
Как раз за горами
Что солнце сродни им
И что приближенье чревато

А  там, под горою, стояли, смотрели
Глаза-виноградины в небо не смея
Поднять, два ребенка
Их не было дома
Когда эти гостьи в него залетели

3. 
Мы  дети пожарищ
Ледник наше кредо
Глаза и сердца
Опрокинуты в небо
А профиль горы
Мефистофельский вроде
И солнце заходит

Закатные отблески
Пляшут на лицах

Две птицы летели
Две птицы



День, дай ладонь

1.
День, дай ладонь
И под яблони
Пятки - к востоку
Лошадь пасется такая
Что полная яблок телега
Едет на праздник
Мелкая речка для лошади
Просто корыто
Баба выходит доить
Румяна корова
А кошка трехлапа
Четвертую срезал косою
Соседский мальчишка
Понятно что я улыбаюсь
Под яблоней лежа
И лошадь
Что рады корова и баба
Но вот непонятно
Чему улыбается кошка
Чему она рада

2.
День дай ладонь
Дай хотя бы тепло руки
Это уже до-ре-ми
А фасоль в огороде
Где каждая овощЬ (как сволочь) произрастает
Рядом заброшенный дом
Где яблони одичали и кисло
Знаешь тогда еще все были живы
Вот это лето какое

3.
Когда все уснут
С сигаретой иду на крыльцо
Каждый обязан на звезды смотреть и мечтать
О невозможном
Яблок прокусывать кожу
Кислую кровь испить чтобы вспомнить
Было крыльцо
А в доме все спали


Хрустальная роза

1.
Кто любил Бога как женщину
Кто целовал
Лик рукописный
В дар приносил
Свечи цветы трупы животных и сыновей
Кто повторял день за днем
"Дай!"
Кто кричал среди ночи
"На помощь!"
Кто покупал -
Постами, молитвами и покаяньем -
Любовь ли?
В храме стоял, фетишист,
Вздрючивал душу
Созидая основу оргазма?
Влага блеснула в глазах
На словах "алилуйя"
(Хор был уж больно хорош)
В гармонии с миром
Вышел на улицу, нищим дал на портвейн
Прибыль в уме подсчитав от сего
Капиталовложенья
И не нашлось никого, чтоб вскричать:
"Оставьте в покое усталого Бога!"

2.
Оставьте в покое усталого Бога!
Дайте пролиться дождю
Дайте засухе знаем упиться
Дайте любимым дышать
И без вашей опеки
Дайте родиться цветку и ребенку
Детский комплекс, что кто-то на небе
Вам должен
Самонадеянно думать, что Бог
Ждет похвалы

3.
В час колокольного звона
Некто в черном ходил вербовал
Людей человеческих
Вкрадчиво взглядывал в души
Тяжесть горба (или крыльев?)
Меняла походку
Ежики глаз теплели под взглядом его
А слова говорил он:
"Будьте прозрачны".

4.
Будьте прозрачны
Чтоб солнечный свет проходил без препятствий
Взгляд Бога
Не привлекайте вниманья существ
Пусть существуют
Мысль как хрустальную розу растите
Без страсти
Плод медитаций
Изыск
Так говорил некто в черном,
Горбат и вкрадчив

5.
Горбат и вкрадчив
К деве он подошел, чья роза
Не из хрусталя
Хрусталики глаз
Как черные лампочки били в лицо
И дева сказала: "Ты, существо,
Зачем привлекаешь вниманье мое,
Исчезни!"
Так в час колокольного звона
Он в воздухе таял, пока не исчез
Последними были глаза

6.
Задумалась дева:
Плыли глаза
В воздухе синем
Глядя с любовью
Стоило б их удержать
Но не знала методик
Была она не
Из энциклопедий
Дева как дева:
Ног две, еще грудь, ямочки щек,
Зубки кусались
На пальцах колечки
И шубка что красит деву любую
Была на деве

7.
Плыли глаза
В воздухе синем
Сумерки время как будто специально
Для исчезновений
Вот и растаяли
Дева как дерево замерла
Тут и метель подоспела
Мела и мела
Деве снега уже по колено
Руки как ветви вослед
Так говорю: не глядите
В глаза незнакомцам
В сумерки, в час колокольный
Лучше не знать как любовь превращает
В дерево деву

8.
Дерево-дева заледенело к утру
Солнце блеснуло в корочке льда и ушло
Храм был как храм как вчера как всегда
Люди входили и выходили
Что им
Деревом больше, деревом меньше
Много у Бога деревьев
Дева стояла
Сжимая в озябших руках
Хрустальную розу

9.
Кто любил Бога как женщину
В час колокольного звона
В дар приносил
Хрустальную розу
Дерево-деву
С озябшими пальцами
Плод медитаций
И говорил: "Оставьте в покое!"
Оберегая женщину-Бога


*  *  *

Партитура гибели без изъяна.
Стой, певец, не вытянешь этой ноты.
Пой, жилец, земное, ты не знаешь
 Соловьиных рифм.
Есть побеги странствий в царствах крови,
Убегай, но здравствуй, зверь двуногий.
У жилья тепло, огонь в капкане
Обгоревших лап.


*  *  *

Гори, полено, прежде
Чем вырежу уродца из тебя
Гори красиво как учили
Учительницы белые от мела
Речитативом правило твердя
А искры - вверх и по спирали
Как мотыльки, но вдруг сереют
И утонченные до не-
весомости куда-то улетают
А из огня так жалобно глядит
Уродец, притворившись головешкой


*  *  *

Запереть в ящик стола когда луна густеет в стекле
негритянка дышит губами в души домов
два лица темноты повернусь третьим молчать
не улетай некуда полночь окольцевала
ложатся на рельсы и ждут смешные
по клавишам против ветра совсем непрозрачно
заблудится каждый моей слепоты не присвоив
заперся в доме ребенок зовет помоги а откроешь
лучше в клетку к голодному зверю
в камеру где у косого глазка надзиратель
на площадях так бескрыло и лунные пальцы как старость
почерк мой беглый раб с бумажных плантаций
да не судимы твои палачи если хочешь
запереть в ящик стола когда луна густеет в стекле
негритянка дышит губами в души домов


*  *  *

Лес черно-белый голый факт
Узлы дорог набухли как
Больные вены
И тот кто молча обнял ствол
(ружья) в объятьях знает толк
И в мизансценах
Щелчок и черно-белый кадр
Графический ложится март
Как ляжет карта
Проталины живых следов
Оттает ли душа на зов
Мартышки-марта


*  *  *

Лисы почему в глазах
Свечи свечи
Как в Рождественскую ночь
Плачет воск
А простуженной звезде
Человечьей
Нет ни няньки в небесах
Где Христос
Мировые сквозняки
Ржавый ветер
А у лис в глазах твоих
Шерсть сухая
Где-то в звездной вышине
Плачут дети
А навстречу соль земли
Высыхает


*  *  *

Нимб иль колпак - едино
Так и
Иду по земле
Посох с котомкой отбросив и прочую
Лирику
Мне бы
Таксу в соратники и
Луну отменив замечтаться
О ком-то совсем одноглазом
Что смотрит Оттуда
Вроде беззлобно
Что же еще
Ведь путей у меня
Как лепестков у ромашки
Все оборвать - так останется
Лунное нечто
То одноглазое
Что и просила